Героиня нашего следующего материала в 1968 году уже вышла на пенсию. На ее памяти чуть не раскулачили отца, и Ленина она своими глазами видела. О жизни ровесницы революции - сюжет Андрея Детцеля.
Цветы от «Вестей» просто так. Поздравлять заранее - плохая примета. Но повод есть. На носу у Кати, как она просит себя называть, юбилей. Человек - эпоха, еще Ленина живого видела.
«Денежки назывались керенские. Вот такие, как ладошка, желтенькие. Целыми пачками. Ленин давал нам. А мы были еще маленькие. Мы бегом все ловили. Ленин, спасибо. Дядя Ленин, спасибо», - поделилась Екатерина Фоминская.
Маленькая Катя и молодая страна росли вместе. Не всем в то время нравилось, что семья портного жила чуть богаче остальных.
«Тятю-то вызвали, в сельсовет-то, Павел Васильевич, тебя окулачили. Мы-то смеялися, говорят, семья-то такая, за что хоть кулачить-то его», - рассказала Екатерина Фоминская.
Кулаком Павла Фоминского тогда не признали. Вступились односельчане. А клеветника наказали. Семья зажила по-старому. Муж с женой да пятеро детей. Пока не пришла беда. В Великую Отечественную воевали и отец, и единственный брат. Сама Катя несла службу на фронте трудовом.
«Станция Удомля и станция Донецкое озеро. Тут недалеко у нас была Украина. Пешком шли, окопы копали», - вспоминает Екатерина Фоминская.
Военные годы совпали со временем, когда Катя впервые влюбилась.
«Лешка-то Никитин был хороший. Такой умный. Не курил, вино мало пил. В армию-то как взяли его, писала я. Двое носков посылала с матерью вместе, в посылке ему», - рассказала Екатерина Фоминская.
С войны Лешка вернулся инвалидом. Катина мама уговорила не ходить за него замуж. А после девушка так семью и не создала. Нерастраченную материнскую любовь посвятила племянникам. Вместе с сестрой Анной перебралась в Ярославль, где работала на фабрике «Красный Перекоп». Вместе с первой женщиной-космонавтом, Валентиной Терешковой.
«А была худенькая-худенькая, как и не я старая. Только лицо-то у нее такое кругленькое. А работала она на прядельной», - рассказала Екатерина Фоминская.
Признается, что не болела за жизнь практически ни разу. Когда в 1968 году пошла на пенсию, специалисты не обнаружили даже амбулаторной карты. А секрет долголетия кроется в неунывающем оптимизме. С юности играла и на гармошке, и на балалайке. Петь частушки любит до сих пор.
- Эх, Семёновна,
Эх, моя кошечка,
А я пришёл к тебе,
Открой окошечко.
Всегда рада гостям. Сама усадит за стол, разольет чай. Несмотря на почтенный возраст, сама содержит дом. Будто бы и не сто. Будто бы и не было в ее жизни страха перед режимом, войны, тяжелых трудовых будней, долгих лет застоя и кризисов.
- Сидит кошка на окошке вышивает себе хвост.
Скоро масленица будет, после масленицы пост.
