Евгений Ноня, ведущий: В эфире канала «Россия 24» программа «Открытая власть». В студии Евгений Ноня. Завершается 2025, уходящий год указом президента России Владимира Путина объявлен Годом защитника Отечества. В связи с этим губернатор Михаил Евреев поставил перед правительством области задачу - в этом году на особом контроле должна быть поддержка ветеранов специальной военной операции и членов их семей. Поговорим сегодня о внушительным пакете мер поддержки, который реализует в регионе областное министерство труда и социальной поддержки населения, министерств здравоохранения, образования и управление социальной и демографической политики регионального правительства. Моим собеседником сегодня станет вице-губернатор области Андрей Колядин. Приветствую его в студии «Открытой власти». Андрей Михайлович, здравствуйте!
Андрей Колядин, вице-губернатор Ярославской области: Здравствуйте.
Е. Н.: О тех многочисленных мерах поддержки бойцов спецоперации и их семей мы сегодня поговорим с вами в том числе. Но в первую очередь хотелось бы узнать, для чего они внедряются, для чего они предлагаются? Для того, чтобы бойцы поняли, что и здесь, на другой стороне ленточки, тоже есть жизнь? Или вот для чего они нужны вообще, эти меры?
А.К.: Любая война, которая проходила на территории любого государства, приводит к тому, что люди, возвращающиеся оттуда, из-за тех ленточек, из-за которых они приходили и в древние времена, и настоящие времена, они должны адаптироваться под гражданскую жизнь. Я недавно был на одном совещании, где очень заслуженный человек, чиновник федеральный, рассказывал одну историю. Он сказал, что в Ростове, если не ошибаюсь, есть реабилитационный центр, куда привезли в очередной раз раненого героя, который с 14 года участвует в событиях, отстаивая интересы тогда еще непризнанных республик, теперь территории Российской Федерации. И он огнеметчик. Он всегда был на передовой, он побывал во всех переделках, каких только можно. И вот решили проверить, как он реагирует на самые различные вызовы, которые ему представляет жизни. Его сдали в специальный шлем, звук, посадили на тележку, которая имитировали все движение. Создали абсолютную виртуальную реальность. Ему показывают видео, где он едет на броне по территории СВО. И вдруг происходят взрывы, стрельба и прочее. И у него при этом у него датчики - мозг, давление, пульс. И у него взлетает резко адреналин, у него резко повышаются все эмоции. И через минуту это все падает. Идет бой, а он совершенно спокоен.
Е.Н.: То есть, он адаптировался моментально.
А.К.: Мгновенно, в течение минуты полностью адаптировался. То есть вокруг взрывы, стрельба, бронь подбили. А он, значит, ведет себя абсолютно адекватно, спокойно и выдержанно. Следующий план. Он идет по парку, детскому парку, на гражданке. Мячики прыгают, птички летают, чирикают. И вдруг мимо пролетает ребенок на велосипеде и звонит в колокольчик. У него резко подскакивает адреналин, опять все показатели, и они не снижаются. Он оказывается в среде, которая для него непривычно. И к этой среде ему еще предстоит адаптироваться. Это не значит, что он будет проявлять агрессию. Это не значит, что он станет опасным для общества. Это значит, что к этому нужно привыкать. И мы, в свое время, когда ездили с губернатором за ленточку, в окопы, и пробыли там некоторое количество часов, я могу сказать, что когда я вернулся назад, на мирную территорию, то я некоторое время радовался тому, что из соседнего леса не выйдет ДРГ, не прилетит «Хаймерс» или ничего не случится, потому что эта вещь даже за несколько часов меняет психику. А когда человек там провел достаточно долгое время, ему обязательно нужна и психологическая помощь, и не только психологическая помощь. Потому что там иная реальность, там рядом друг, впереди враг. И все очень просто, казалось бы. То есть такой черно белый мир. А когда ты возвращаешься назад, необходимо видеть многие, многие, многие оттенки этой жизни, адаптироваться в этой мирной жизни, обрести профессию. Потому что, может быть, ты вырос, изменился, и тебе нужен совершенно другой уровень профессиональной подготовки. И, соответственно, может быть, ты не хочешь вернуться на то место, где ты работал. Хотя у нас это место закреплено законом за каждым человеком, который воюет за нашу страну. Но вот эти все возможности мы должны предоставлять. И плюс к этому, конечно же, к большому сожалению, многие воины, они получают ранения, контузии, и необходима реабилитация. И уже физическая реабилитация, и медицинская реабилитация, которые тоже требуются для того, чтобы человек обрел мирную жизнь. И так было всегда. Я проходил этот этап, видя, как адаптируются ребята после Афганистана, после Чеченских кампаний. Это было тоже очень тяжело. И мы ждем этого времени. Мы готовимся к этому времени и стараемся, чтобы те ребята, которые сейчас возвращаются и вернутся потом, испытывали как можно меньше негатива и сложностей в жизни.
Е.Н.: То есть, я так понимаю, что все меры поддержки, которые сейчас реализуются на территории области, они не только финансовую основу имеют, еще и психологическую в том числе?
А.К.: Конечно. Это все взаимосвязано. Вы сами понимаете, что учеба в школе имеет и психологическую, и финансовую подоплеку. То есть у нас материальное и моральное тесно сплетено. Поэтому история такова, что сейчас на протяжении достаточно долгого времени разрабатывались меры поддержки, и были разные меры поддержки. И потом был принят закон, уже президентский, и, соответственно, исходя из этих установок, есть определенный спектр мер поддержки, на которые мы обращаем внимание, за которые мы отчитываемся в течение каждого месяца, до 5-го числа каждого месяца. И, соответственно, мы следим за тем, чтобы ни один из участников СВО, ни одна семья из участников СВО, чтобы эти меры поддержки их не миновали вне зависимости от того, нужны они им или нет. То есть мы им предлагаем, они уже выбирают, необходимо это им или нет.
Е.Н.: Из того, что предлагается, из того, что они выбирают, какие самые востребованные и самые нужные, что практика показала?
А.К.: Меры поддержки, которым практически автоматом пользуется большинство семей и членов СВО, это дети, которые имеют право на бесплатное нахождение в детских садах, на бесплатное питание в школе, на соответствующий отдых и реабилитацию в летних лагерях, и достаточно большое количество детей это используют - на нашей территории: от тысячи до полутора тысяч по каждому из этих направлений. Есть те, которые нуждаются в медицинской реабилитации, они, конечно же, пользуются этим, и у них нет другого выхода. Ребят нужно приводить в порядок и интегрировать в мирную жизнь, потому что некоторые потеряли конечности, им нужны соответствующие протезы. И государство обеспечивает этим и необходимой диспансеризацией, необходимым различным спектром социальных услуг. Семьи, которые нуждаются в помощи и поддержки, потому что их отцы, мужья находятся там, соответственно, им сложнее справляться с окружающим бытием. Поэтому есть и социальный патронаж, и значит, медицинский патронаж. Это все в большом комплексе задач решается в адрес каждого и с каждой из семей или каждого из участников СВО.
Е.Н.: Но это достаточно добавляет большой фронт работ, в том числе и медицинскому персоналу. Насколько учреждения готовы к этому вызову?
А.К: Готовы. Я могу вам сказать, что ничего в настоящий момент невозможного нет. Но, простите, мы ковид прошли с вами, когда целые громаднейшие клиники сдавали, потому что десятки, сотни тысяч людей с высоченной температурой, а иногда с риском для жизни оказывались в больницах. Поэтому история такова, что закалившись в этом, мы сейчас в состоянии обеспечить все задачи, которые связаны с участниками СВО. И оборудования соответствующие, и клиники соответствующие. Справляемся. Я думаю, что когда наступит тот момент, счастливые когда ребята вернутся назад, то и на них будет достаточно средств и возможностей для того, чтобы обеспечить их здоровое существование в мирной среде.
Е.Н: Вот обращусь к вашему примеру, с которого мы начали нашу сегодняшнюю программу, вот с этим готовы ли мы бороться? Точнее не бороться – правильнее сказать: помогать.
А.К.: Вы знаете, я год назад сказал бы, что не готовы. Но за это время был принят целый ряд решений, и эти решения позволили соответствующим образом подготовить персонал. Сейчас есть несколько десятков человек, они учатся в ведущих вузах страны, которые как раз вот эту гештальт-терапию, ПТСР и так далее, они работают над этой темой и работают в том числе с ребятами, которые приходят оттуда, из самых жестких ситуаций, и, соответственно, помогают им. Я неплохо эту тему знаю, потому что одна из моих дочерей увлеклась этим и, соответственно, сейчас в настоящий момент получает очередное высшее образование, которое связано с помощью ребятам, которые будут возвращаться назад. Она видит в этом свое предназначение, хотя она очень успешный экономический менеджер, получает сейчас деньги больше, чем вице-губернатор Ярославской области, но она хочет помогать им. Ну, вот, соответственно, и есть подвижники, которые намерены свою жизнь посвятить этому. И на территории Ярославской области их несколько десятков. И сейчас уже определенное количество людей вернулись назад, они работают в медицинских учреждениях, они работают в Фонде Защитников Отечества, где каждый может обратиться туда и получить квалифицированную помощь. Например, за этот год уже 58 семей и участников СВО обратились и получили эту помощь. Вы сами понимаете, что это не один разговор, это целый комплекс мероприятий, общения, которые позволяют людям справиться с теми стрессами, которые у них внутри из-за СВО.
Е.Н.: Вот вы Фонд Защитников Отечества упомянули, это, я так понимаю, что единое окно, где оказывается всесторонняя помощь?
А.К.: Вы знаете, да. По замыслу и по организации это именно так. Но это не всегда так, потому что есть задачи, которые приходится решать и другим организациям, в том числе и общественным, которые берет на себя тоже большой блок задач взаимодействия с семьями, взаимодействия с властью, решения каких-то проблем, которые возникают и которые не удается отловить Фонду Защитников Отечества, потому что Фонд Защитников Отечества по заявительному принципу действует: туда приходят, у них спросили, они предоставляют спектр услуг. Не спросили - они сами не идут и не стучатся в двери. А есть темы, когда человек не знает, куда обратиться, когда он не знает, каким образом поступить, когда он не верит, когда он живет в Переславле-Залесском, а значит, считает, что Фонд Защитников Отечества находится в Ярославле. Хотя это не так. Сейчас на каждой территории крупной созданы соответствующие структурные подразделения Фонда Защитников Отечества. И тогда возникает протест, возникает нерешенность каких-то проблем. И тогда подключаются общественные организации и прочие, которые тоже этот вопрос решают. Но плюс к этому, участники СВО, их семьи, они могут обратиться в любую структуру власти, и они получат ответы, реакцию на это, будь то это законодательная власть, будь то исполнительная власть. У нас никто их не отталкивает и старается работать с ними.
Е.Н: очень важно, что бойцы СВО не только соприкасаются с медицинским персоналом, который помогает им восстановить здоровье, они семьями могут пребывать?
А.К: Конкретный пример. Тот же Олег Бахвалов, который дважды ранен, и я говорю фамилию и имя, потому что это они уже озвучены в СМИ. Это не является секретом. И поэтому я могу говорить об этих людях. Он дважды был ранен, и он вместе с семьей, вместе с женой Светланой в Сосновом Бору отдохнул и был очень рад этому. За последнее время 55 участников СВО прошли через санаторно-курортное лечение и 250 семей участников. И этот процесс будет только расширяться.
Е.Н: Обратную связь получаете какую-то: положительную и, быть может, какие-то замечания, пожелания?
А.К.: Я могу сказать, что положительную, к величайшему счастью, никто не ругается. И после того, как получают спектр медицинских услуг, возможность отдохнуть, погулять по лесу и, соответственно, побыть вместе с семьей, И, соответственно, когда возникают какие-то вопросы, значит, вносим коррективы. Это живой механизм: чего-то не хватает, добавляем. И так будет продолжаться в будущем.
Е.Н.: Давайте медицинский вопрос продолжим. Насколько доступна та же диспансеризация, например, бойцам спецоперации?
А.К: Они вне очереди имеют право проходить диспансеризацию. Это абсолютно объяснимо, потому что из них многие были ранены. Им нужно помогать, за ними нужно очень внимательно следить. Поэтому существует целый ряд лечебных заведений, куда каждый из членов СВО может обратиться и получить весь спектр услуг по диспансеризации. Этот спектр того, где, что делается, - можно легко получить и на сайте правительства, и в Фонде Защитников Отечества. Везде расскажут, куда идти, что делать. Но этим активно все пользуются. Например, из Тутаева Дмитрий потерял руку на СВО и недавно проходил диспансеризацию, пользуется сейчас биопротезом. Все очень быстро прошло. Это касается любого участника защиты нашей родины, если он обращается с соответствующим запросом в медицинское учреждение.
Е.Н.: Одна из мер соподдержки - это газификация. И вот в 2022-2024 годах 30 членов семей участников СВО получили эту помощь. В 25 году - 6 семей участников СВО уже получили тоже возможность газифицироваться. Вот как этот процесс отлажен?
А.К.: Газификация. Там нужно иметь определенные изначально факторы. По крайней мере, туда должен быть проведен газ, на эту территорию, как минимум. У нас 94% газифицировано территорий, не все еще благополучного в Брейтово, но там уже активно «Газпром» работает и заводит газ туда. Но если газ проведен, если жилой дом находится на территории того самого поселка, который газифицирован, если договор на газификацию жилого дома заключен не ранее 21 апреля 21 года, и жилой дом принадлежит участнику или члену его семьи, где он проживает, значит, во-первых, имеют право на льготу - единовременную выплату по 100 тысяч рублей каждая такая семья. Плюс к этому, еще на внеочередную работу именно по члену СВО или семьи, того защитника Отечества, который сражается за нашу страну.
Е.Н.: Вот 6 семей, я так полагаю, это немного, потому что ну, у большинства газ уже есть.
А.К.: Ну да. То есть история такова, что, действительно, мы привыкаем к таким удобствам и не обращаем на это внимание. А те, кто этим еще не пользуется, их не десятки тысяч людей, особенно среди тех, кто имеет отношение к СВО. Поэтому история такая - по мере обращений мы, соответственно, принимаем решение, оказываем помощь, поддержку.
Е.Н: А у них какая-то приоритетная очередь?
А.К.: Ну как очередь. То есть, по факту обращения. Вы поймите, что 6 человек обеспечить услугами значительно проще, чем тысячу, или две тысячи человек. Мы решаем в приоритетном порядке их вопрос, и при этом остальные не страдают.
Е.Н: Это опять же делается для того, чтобы у бойца было ощущение, что и его семья тоже под защитой?
А.К: Это многих аспектов касается. Это касается аспектов и социального обеспечения, и медицинского обеспечения, и обеспечение газификации жилых домов. И надо понимать, что это отдельное помещение. Если ты живешь в квартире, в большом доме, то, скорее всего, у тебя есть газ. Или если нет газа, то нет ни у кого в этом здании. Теоретически можно предположить, что есть здания, которые полностью, как в Сочи, электричеством питаются, и газа там нет. Но история такова, что во всех случаях, где газификация нужна жилого помещения, там принимается положительное решение.
Е.Н.: Бойцу важно не только знать, что в его доме все в порядке, что его семья ни в чем не нуждается, но, возвращаясь с передовой, вопрос трудоустройства встает. Вот как здесь, оказывается ли помощь в этом вопросе?
А.К.: Это одна из самых главных тем. Если человек работает, если он ощущает, что он служит своей стране, и если тот, достаток, который к нему приходит, который он приносит в семью, позволяет ему жить достойно, кормить своих детей, то это один из элементов счастья. Помните, счастье - это когда ты с одинаковым удовольствием идешь на работу и с работы домой. Вот, собственно говоря, поэтому обеспечение работой - это один из приоритетов в адаптации тех ребят, которые возвращаются назад. И здесь существует целый спектр самых различных программ, начиная от того, что есть проект, он федеральный и адаптированный на Ярославской земле, это «Герои Ярославии», где уже прошли обучение определенное, и продолжается обучение определенного количества участников СВО, и первое назначение - начальником отдела в нашем правительстве парня, который прошел путь от гранатометчика до командира роты и проявил себя достойно, и вернулся в мирную жизнь. И сейчас он прошел обучение и работает в правительстве Ярославской области. Есть такое понятие, как профтуры, когда Фонд Защитников Отечества вместе со службой занятости возят по различным предприятиям участников СВО, которые могут знакомиться с этими предприятиями. Например, недавно была целая делегация тех, кто воевал, и смотрели, как работает ТЭЦ, как работает вся система, и в результате два человека, Игорь Дегтярев и Артем Шибаев, воины, защищавшие нашу страну, теперь работают в этой системе. Они нашли себя. И слава богу, дай им бог высоких производственных показателей и счастья в мирной жизни. Вот и, соответственно, это контролируется. И, к величайшему нашему счастью, сейчас у нас нет серьезной безработицы. Как у нас говорят, отрицательная безработица. Найти себя сложно, я понимаю, что если ты профессор в университете, то, скорее всего, тебе сложно стать профессором в университете, потому что эти места заняты. Но история такова, что есть другие места, через на которые можно устроиться, или есть системы, которые позволяют переподготовить людей. Я уже не говорю о том, что есть программы как «Герои Ярославии». Есть еще, например, уникальный проект, мне он очень нравится, и губернатору очень нравится, он один из инициаторов этого проекта, это «Школа 21». Это уникальный механизм обучения и переподготовки программистов, куда могут прийти и программисты, имеющие соответствующее образование, и люди, которые не имели этого образования. И модульный тип, и система отработаны так, что люди получают уникальные знания и становятся очень хорошими специалистами, их просто как горячие пирожки разбирают на рынке. Причем не только в Ярославской области, но и по всей России. Таких проектов немного по стране, мы одни из пионеров этого движения. Например, в следующем году будет целый определенный процент отведен именно под участников СВО. Они могут стать программистом и работать в этой системе. Она востребована, и за ней будущее. И таких проектов будет больше, больше и больше по мере возвращения ребят с войны и интеграции их в мирную жизнь.
Е.Н.: То есть, спрос рождает предложения?
А.К.: Конечно, так устроен мир. Мы не будем готовить 2000 космонавтов, потому что две тысячи космонавтов из Ярославской области не будут востребованы. То есть, кто-то будет востребован, но не две тысячи космонавтов. Но есть профессии, например, профессия водителя с ручным управлением. Если получил соответствующие травмы, то, соответственно, здесь есть система переобучения, и в эту систему уже пошли ребята. Плюс к этому, есть целый ряд, соприкасающихся профессией, например, оператор БПЛА, которая сейчас является одной из самых востребованных воинских профессий, но не одной из самых востребованных гражданских профессий. Потому что через БПЛА смотрят все: смотрят, как строится объект, пожары лесные и т.д., и т.п. Ну и плюс, я все-таки считаю, что по возвращении назад ребята еще решат еще одну проблему, она очень важная, это нехватка кадров в силовом блоке, потому что те, кто привык защищать свою страну там, я думаю, что они пойдут защищать свою страну здесь. Есть внутренние потребности у определенных людей, которые служат Отчизне и которые хотят своей грудью ее защитить. И очень надеюсь, что этот тоже вопрос будет решен высокопрофессиональными, идейнозакаленными ребятами, которые будут работать в этой сфере.
Е.Н.: Работа правительства не ограничивается только разработкой и реализации мер поддержки для бойцов спецоперации и членов их семей, семьи мирной стороны нашей жизни - они тоже нуждаются в помощи, и здесь им тоже помогают.
А.К: У нас в любом случае это социальный бюджет, и основные финансовые ресурсы, большая часть финансовых ресурсов, так или иначе тратятся на зарплаты, обеспечение, коммунальных услуг: тепла, воды и всего остального. Хотя губернатор все время говорит о том, что мы должны развивать экономику, развивать драйверы экономики: туризм, какие-то другие аспекты. И у нас должна быть экономика развития и многое - туда. Но, тем не менее, не каждый человек может встроиться в систему современной и стремительной экономики. То есть, даже если смотреть просто социологию, то только один человек из десяти может из одного рубля сделать 2, а 9 с удовольствием этот рубль потратят. То есть, я, например, не могу генерить деньги и превращать их через коммерческие проекты, мне это не дано. И большинству людей не дано. Но кто-то получил востребованные профессии, и может в рамках этих профессий в настоящее время получать достойную заработную плату. Но есть те, которые оказались на какой-то момент «сбитыми летчиками» или «за бортом» вследствие разных болезней, того, что сфера закрылась, еще что-то. Вот таких людей нужно поддерживать. И поэтому есть такая система социальных контрактов. Более полутора тысяч семей, людей каждый год заключают эти социальные контракты, они связаны с разными мероприятиями. Это для многодетных семей - более трехсот многодетных семей участвуют в этом проекте. Это и поиск работы, это осуществление предпринимательской деятельности, это ведение личного подсобного хозяйства, это иные мероприятия, направленные на преодоление трудной жизненной ситуации. И эти социальные контракты, они востребованы. И по обращению в администрации люди имеют возможность получить не громадные деньги, но у вас будет возможность оттолкнуться и заняться каким-то делом, которое обеспечит вашу семью доходом, позволяющим достойно существовать.
Е.Н: Насколько я понимаю, не только сельского хозяйства коснулась поддержка социальная в нашей области, еще и системы образования - ее тоже ощущают.
А.К: Это одно из главных направлений нашей деятельности. Я вам могу сказать, что образование, культура, здравоохранение - туда вкладываются громадные деньги: и на реконструкцию, и на строительство новых объектов, больниц, ФАПов, спортивных комплексов самых различных – везде сейчас идет строительство, несмотря на то, что есть определенные сейчас сложности с бюджетом, связанные с СВО, и идет консолидация этого бюджета, определение доходных статей, для того чтобы не исчез процесс развития территорий. И помимо тех же самых объектов здравоохранения, культуры или промышленности - их много строится у нас на территории – спорта, это касается и образования тоже. Потому что у нас на территории Ярославской области в 2025 году началось строительство образовательной школы Красный Бор Ярославского округа на 1100 учеников. И в 2027 году оно уже должно быть достроено, и люди могут привести туда своих детей для того, чтобы они получили достойное образование в хорошей школе. Это и четырехэтажное здание, почти 1 миллиард 300 миллионов направлено из областного бюджета на строительство этого здания. Строительство школы на Московском проспекте в городе Ярославле, тоже на 1100 мест, в Угличе - на 800 мест. И кроме того, конечно же, правительство обращает внимание на то, чтобы те школы, которые уже построены, находились в нормальном состоянии. В 2025 году 11 школ области проходят через ремонт зданий, закупку оборудования, обучение педагогических работников, получение дополнительных компетенций этими людьми: детский сад в городе Рыбинске, профессиональный колледж в городе Ярославле. На все эти мероприятия более миллиарда рублей направлено из областного бюджета. Ну и есть целый ряд серьезных вливаний со стороны федерального бюджета, потому что чаще всего он работает в паритете, и часть областного бюджета, часть федерального бюджета. И, соответственно, 214 образовательных организаций в регионе, для которых в этом году закуплено новое оборудование для кабинетов технологии, основ безопасности и защита Родины - 31 миллион рублей потрачено на это. То есть деньги идут, учебные заведения имеют возможность работать в новых реалиях, реалиях всеускоряющегося научно-технического прогресса, изменения структуры знаний, изменения структуры подачи информации. И они могут опираться на самую современную технику для того, чтобы быть достойными специалистами в будущем.
Е.Н.: Но это действительно очень важно.
А.К.: Это важно, потому что в самые сложные времена все равно нужно думать о будущем, о культуре, об образовании, о здравоохранении. Вот вчера интересная была история. Мы встречались с представителями нового полка десантников, Ярославский полк гвардейский, который будет находиться на территории Ярославской области. И помимо вопросов функционирования общих, они подняли целый ряд вопросов интересных: например, оркестр, который будет работать у них, и, соответственно, еще для области на различных мероприятиях принимать, парк, который они собираются сделать по типу парка «Патриот», куда планируют, что если разрешат привезти технику со всего мира, и показать это по поводу того, насколько эффективны наши ребята, в том числе ярославские ребята, в сражениях. Присутствовал среди них писатель, который пишет историю полка, и очень интересные вещи он высказывал. То есть, нельзя забывать о духовном мире, при решении любых вопросов. Вы знаете, в свое время академик Барсумов сказал, что человек отличается от свиней тем, что он иногда отрывает лицо от корыта и смотрит на звезды. На звезды нужно смотреть. А звезды - это образование, это культура, это наука. И мы не должны о них забывать.
Е.Н.: Ну что ж, давайте на этом закончим нашу беседу. Спасибо, что приняли участие в нашей программе. Вам удачи в работе.
А.К.: Спасибо.
Е.Н.: Вы смотрели программу «Открытая власть». В студии был Евгений Ноня. До встречи.